Философский факультет
СПбГУСанкт-Петербургский государственный университет
  • Русский
  • St. Petersburg State University - Faculty of Philo
Образовательные программы Философского факультета СПбГУ Философия Конфликтология Прикладная этика Религиоведение Музейное дело и охрана памятников Культурный и музейный туризм Культура Германии Культура Италии Еврейская культура Арабо-мусульманская культура Индийская культура Китайская культура
Адрес:
г. Санкт-Петербург, 199034,
Менделеевская линия д. 5
Приёмная директора института:
тел.: 
(812)
328-44-08
факс: (812) 328-94-21
Учебный отдел по направлению философия:
тел/факс: 
(812)
328-94-39
Приёмная комиссия:
тел.:
(812)
324-12-66

Интервью профессора Ю.Н. Солонина «Российской философской газете»
ДНИ ПЕТЕРБУРГСКОЙ ФИЛОСОФИИ – 2010
«БУДУЩЕЕ РОССИИ: СТРАТЕГИИ ФИЛОСОФСКОГО ОСМЫСЛЕНИЯ»

Нынешний форум «Дней Петербургской философии», который пройдет 18 – 20 ноября, посвящен 70-летию Философского факультета Санкт-Петербургского государственного университета. Здесь будут организованы три пленарных симпозиума, коллоквиумы, научные конференции, семинары и круглые столы. В рамках форума пройдет традиционная акция «Вспоминая «Философский пароход» 1922 г.» у мемориального камня (угол Набережной лейтенанта Шмидта и 8-9 линий Васильевского острова), а также состоится награждение премией Санкт-Петербургского Философского общества «Вторая навигация» за 2010 год. Будут организованы выставки-продажи книг ведущих издательств города, художественные экспозиции, выступления творческих коллективов. Какие задачи ставит перед собой форум? – с этим вопросом «РФГ» обратилась к декану факультета, профессору, члену совета Федерации РФ Юрию Никифоровичу Солонину.

 

- В замысле «Дней Петербургской философии» с тех пор как, кажется, в 2001 году они прошли в первый раз,  резюмировалось несколько идей, которые «витали в воздухе» и неоднократно обсуждались в петербургском философском, да и вообще интеллектуальном сообществе. В те годы очень остро обсуждалось трагически знаменитое для русской культуры событие давнего прошлого: насильственная депортация за границу виднейших деятелей отечественной гуманитаристики и общественно-политических наук. Оно случилось в ноябре 1922 года и с того времени стало обычной советской практикой вплоть до упразднения этой политической системы. Конечно, депортация применялась в тех случаях, когда осуждение или прямое уничтожение духовных противников или представителей «внутренней эмиграции» почему-либо находили неприемлемым. Избегу примеров. Не буду расписывать те пагубные следствия для культуры России, которые все это наносило и порознь, и вкупе - все это уже многократно описано.

Но в те годы, к которым относится учреждение «Дней», мы находились в поисках тех знаменательных символов восстановления прерванной духовной, и, в частности, философской, преемственности, о которой тогда много пеклись, о чем неоднократно заявляли, но во что не очень-то верили, особенно досужие наблюдатели наших исканий.

Поскольку высылка происходила главным образом из Петрограда, все считали, что именно в этом городе перед его интеллектуалами стоит особая задача найти впечатляющие знаки возрождения того духа развития свободной мысли, который исповедовали мыслители Москвы, Петербурга и других культурных центров, в которых был осуществлен удивительный подъем нашей учености к началу прошлого века. Поэтому символ «философского парохода» существенно определил  начинание «Дней» как интеллектуального праздника, на котором представители всех ветвей и сегментов духовной культуры в свободном стиле обсуждают самое существенное, чем живет общество, и проясняют горизонты решения его проблем и путей движения к новым целям. Таким образом, «Дни Петербургской философии» – это возможность свободной встречи с коллегами из других сфер культуры и науки, развить свои мысли с учетом других мнений, иных фактов и контекстов, попытаться уловить новые тенденции развития философии, да и попросту завязать новые знакомства.

Конечно, важно, чтобы в мероприятиях участвовали оригинальные мыслители, лидеры умственных школ - это уже особая забота организаторов. Но мы не проводим никакой селекции участников ни по конфессиональным, ни по идеологическим, ни по политическим различиям и предпочтениям.

Если же вернуться к начальной мысли о восстановлении прерванной линии и самого духа духовной жизни, то Петербургское философское общество побеспокоилось об установлении памятного камня на том месте невской набережной, откуда, по свидетельствам историков, отчалили немецкие пароходы с изгнанниками на борту. Кроме того, была учреждена премия «Вторая навигация» за лучшие труды в разных отраслях философско-гуманитарной науки. Она присуждается по 4-5 разделам (номинациям), и ее денежная часть из года в год возрастала и сейчас уже имеет ощутительный размер.

- Итак, задача «Дней» - восстановить прерванную в 1922 году линию духовной жизни?

- Не только, сказанное не исчерпывает те соображения, которые легли в основу концепции «Дней».

Мы понимали, что Петербург, бывший столицей академической науки империи и местом размещения Университета, которому некоторые историки обоснованно ведут счет годов от Академического университета, основанного в составе Академии наук по петровскому плану в 1724, стал наряду с Москвой центром становления профессиональной философии  в России. К моменту революционных потрясений она вышла на европейский уровень, и великие наши предшественники обеспечили ей и международное признание, и интеллектуальную самобытность. Россия их трудами вошла в круг стран, обладающих самодостаточной философской культурой.

Круг этих стран не столь уж широк. Способность развивать национальную философскую мысль, да еще и такого интеллектуального уровня, который бы отвечал задачам возвышения философской мысли и ее движению к новым проблемно-теоретическим ситуациям - не столь уже частая и требует наличия существенных предварительных условий, которые еще далеко не все национальные культуры и их языки выработали. Россия же эту культурную миссию осуществила. Подтверждать ее непреходящесть и обеспечивать место нашей стране в сонме лидеров философского движения мира – для всех нас существенная задача. Через «Дни» мы, в частности, и пытаемся внести свой вклад в развитие профессиональной философии и расширение сферы ее влияния на культурную жизнь нации.

- Как родилась объявленная тема «Дней-2010»?

- Конечно, мы озабочены выбором такой темы форума, которая должна быть одновременно и надлежащей широты, и актуальности. Учитывая, что декларирована проблема выхода России на первые рубежи цивилизационного и технологического прогресса, обновления всех сторон жизни общества, создания устойчивых предпосылок постоянного обновления и динамизма, мы согласились с необходимостью прояснить с философских (и не только) позиций проблемы будущего, факторы динамического развития, специфичность цивилизационной миссии России.

- Есть ли тот Вызов в жизни общества, на который «Дни» (и вообще - российская философия) должны дать Ответ?

- «Дни» не намерены «дать ответ». Кстати, это русский обычай требовать от философии «окончательного» ответа на все большие и малые проблемы, которыми болеет общество. Рецептурный состав философии, если согласиться, что она является ядром наших «Дней», вообще мал. Не по ее слабости, а по ее сущности, по той внутренней концентрации, которая определяет потенциал и содержание философской мысли. Ее продуктивность не в конкретных предписаниях, а в обеспечении человека вообще интеллектуальным «снаряжением», используя которое, он в состоянии продуктивно решать конкретные проблемы, прояснять - что из стоящего перед ним разрешимо и в каком смысле. Философия обеспечивает общество универсальными стратегиями интеллектуально-нравственного поведения или практиками. Она, наконец, проясняет, что вообще из громоздящегося перед человеком хаоса проблем, трудностей, угроз, противоречий и прочего обладает реальным смыслом и в каком отношении, а что - вообще химера и мерцание далеких звезд ложного горизонта. 

В отношении проблемы «ответа на вызов» сделаю еще одно частное замечание. Россия еще по-настоящему не знает, что такое «вызов» истории, действительности или кого там еще. Если она, задавленная массой нерешенных вполне житейских проблем, барахтаясь в нелепых противоречиях, неспособна к элементарной эффективности в любых своих начинаниях, если ее народ теряет элементарное чувство самосохранения, волю к жизни, к продуктивному труду, отдаваясь на милость всевозможных пророков, спасителей и «укрепителей вертикалей», то о противостоянии каким «вызовам» может идти речь? Ведь это уже историческое и социальное действие высшего порядка, а мы еще слишком очевидно не можем разделаться с тоской будничных мелочных неустройств, которых такое скопище, что именно они-то и стали национальной проблемой и вызовом.

 -Что в развитии современной российской философии вызывает оптимизм и пессимизм?

- Тема вопроса, как ни странно, очень пространна в моем понимании. В разное время и в разных местах я публиковал свое суждение по ней, и эти суждения даже вызвали ревнивую критику и обвинения меня в пессимизме. Отвечу так: нынешняя наша философия страшно несовременна. Не в том смысле, что она «не модернистична», что в ней почти нет новинок, на которые стоит оглянуться всякому мыслителю, а в том, что современная жизнь не питает ее существо. Я пока не вижу в нашей философии потенциала к оригинальному метафизическому освоению этой современности. В ней есть что-то анахроничное, вторичное, скорее репродуктивное, чем продуктивное. Это давняя болезнь нашей интеллектуальной жизни: жить заимствованиями. Они же, как правило, запаздывают нередко на целую интеллектуальную эпоху. Я не сноб и не стремлюсь судить свысока, потому что все вышеперечисленное нахожу в себе. Мы завалены философско-книжной продукцией других стран, тратим основные силы на ее освоение и на производство тех реплик, на которые нас достанет. Прочтя эти строки, кто-то возмутится и даст мне примеры оригинальных мыслителей наших времен. Я приму это замечание, но от общего суждения еще не откажусь. Почему? Потому что эти творческие индивидуальности не взламывают лед застылости мысли, они не создают школ, центров дискуссий, точек притяжения. Критерии, по которым мы оцениваем уровень напряженности философских исканий, задается все же не нами.

Оптимизм же я питаю в себе, наблюдая сцены заинтересованного массового участия в философской жизни не только профессионалов, но и представителей широкого интеллектуального мира России, а также в том, что существует уникальная среда подготовки молодых к возможному философскому творчеству, созданная нашими факультетами, отделениями и кафедрами, к удивлению, заполненными сотнями студентов. Я не знаю, в какой стране еще ведется подготовка молодых людей к философии, как в нашей стране. Количество, несомненно, перейдет в качество.  

- «Дни философии в Петербурге» уже имеют солидную историю – что становится традиционным? Можно ли проследить тенденции, и какие?

- Бесспорная тенденция: «Дни» становятся все популярнее и привлекают взоры профессионалов изо всех культурных центров России. Как сложится ситуация на этот раз, после стольких бед страны, судить трудно. Но мы ждем всех желающих и имеющих возможность приехать к нам - пусть «Дни» станут каждому в чем-то интересными, полезными.

Беседовал Сергей Шаракшанэ

Просмотров: 616

наверх

  @©тЁ­ё@Mail.ru
ИНСТИТУТ ФИЛОСОФИИ СПбГУ © 2018